Громко пристукнув башмаками, Трамун вытащил абордажный палаш и с оглушительным воплем сделал ложный выпад в сторону солдат Бадранга. Они испуганно попятились, и Клогг им хитро подмигнул:

— Хо-хо, братишки, застал-таки вас врасплох. Нечего на посту спать. Разбаловались вы тут, на суше. А-а, Жабоед, Травощип, и ты, Блохолов, тоже тут? Сколько в море воды утекло с тех пор, как мы по нему вместе плавали-то, а? Ишь, как вы раздобрели на местных харчах.

Подойдя к длинному деревянному дому Бадранга, Клогг постучал ногой в дверь:

— Эй, есть тут кто дома, чтобы принять старого морского волка, которому не подфартило?

Хорек Хиск распахнул дверь и величественно объявил:

— Входи, капитан, мой господин рад тебя видеть.

— Фу-ты ну-ты, какие мы важные! — хихикнул при этих словах пират-крыса Маслозад.

Бадранг знал, что он играет в опасную игру, но их взаимоотношения с Клоггом всегда строились на хитрости и коварстве. Оба горностая решили не подавать виду, что боятся друг друга, и притворялись старыми друзьями. Поэтому Бадранг бросился навстречу бывшему собрату по промыслу и крепко обнял его:

— Разрази меня гром, если это не капитан Трамун Клогг! Как живешь-поживаешь, старая акула?

Трамун крепко хлопнул Бадранга по спине и ухмыльнулся от уха до уха:

— Бадранг, братишка, провалиться мне на этом месте, на вид ты свеженький как огурчик, любо-дорого поглядеть! Уж и не надеялся, что мои старые глаза снова тебя увидят, голубчик ты мой. Глянь-ка, чего я тебе приволок!

По знаку Клогга две крысы поставили на стол бочонок, вышибли у него днище и, зачерпнув два кубка, подали их горностаям. Хитрец Бадранг тут же поднес напиток к губам, но подождал пить до тех пор, пока Клогг не отхлебнул из своего кубка. Вино текло по косичкам на подбородке пирата, пока он шумно пил.

— Вино из диких слив, братишка. Лучшее на всем белом свете — и все это для нас двоих!